Людмила Белогорская

Девушка сидела на берегу моря. Под вечер пляж был почти пустым. Все любили море и яркое солнце, а она любила закаты и это одиночество. Хотя на самом деле, одиночества она вовсе не любила. Но что ей было делать? Все её подруги уже давно разбились по парам. А она не могла, не понимала смысла короткого курортного романа ради развлечения. И когда на небольшой затерянной среди скал базе отдыха все поняли, что с ней не получится просто развлечься, то мужское население потеряло к ней интерес. Над ней просто подсмеивались.

Девушка смотрела на бесконечную даль моря, и ей было очень одиноко. Ведь ей уже двадцать, а у неё всё ещё никого нет. Может быть, с ней что-то не так? Ну, не может она просто, как все, принять свободный секс. Что делать, она всё ещё верит в неземную любовь!

Девушка вглядывалась в бесконечность морского пространства и ей казалось, что море живое, что оно всё ведает и что где-то там далеко за горизонтом — её любимый. И он уже знает, он думает о ней. И вот сейчас их души соприкасаются. Его душа такая же, как это море и небо — она огромна, потому что вмещает в себя весть этот мир. И только они вдвоем могут чувствовать и понимать это море и небо, и этих птиц. «Где же ты, когда мы встретимся?»

— Я знаю, ты есть, ты где-то есть! И ты ждешь, ты ищешь меня. Не оставляй меня одну, найди меня. А я буду ждать, я обязательно дождусь! И пусть надо мной смеются, пусть думают, что я какая-то не такая, пусть мне будет одиноко. Но я знаю, мы обязательно встретимся.

***

Она вышла замуж через три года, в двадцать три... Вышла всё так же будучи девушкой. Они встречались всего пару месяцев и очень быстро, неожиданно для всех, обвенчались. Подруги думали, что она забеременела. А зачем тогда жениться так поспешно, да ещё зимой в феврале? И очень удивлялись, ведь первый ребенок появился у них только через два года.

***

Сорокалетние, уже увядающие женщины собрались вместе. Им было о чём поговорить, что вспомнить. Жизнь не щадила их, не дала женского счастья: кому замуж так и не удалось выйти, хоть мужчин и поклонников было достаточно, кто развёлся и надо теперь самой поднимать ребенка, а у кого муж постоянно изменяет или имеет молодую любовницу, но приходится жить с ним по материальным соображениям. В юности сколько их было этих влюблённых мужчин, а сколько бурных романов, которые иногда заканчивались нежелательной беременностью, и её приходилось прерывать. Сколько обещаний, надежд! И чем все это закончилось? Впереди сплошная пустота!

Среди них только одна женщина выделялась своей свежестью и спокойствием. Казалось, она даже лучше выглядит, чем двадцать лет назад. И глаза её лучились тихой радостью, они излучали какой-то внутренний свет. Такой свет можно увидеть только в глазах женщины, которая любит и любима. Она не сказала ни одного плохого слова о мужчинах, в адрес которых в этот вечер прозвучало много нелестных слов.

— А ты ещё не собираешься разводиться? — спросили у неё подруги.

— А зачем нам разводиться? Мы с мужем, наоборот, теперь стали ещё ближе. Дети подросли, и у нас появилось больше времени, которое только для нас двоих. Мы теперь каждый вечер словно заново открываем друг друга. Можем сидеть и говорить до поздней ночи, не замечая времени. А ещё мы начали писать друг другу стихи.

Подруги, похоже, её не поняли:

— А много зарабатывает твой муж?

— Нет, не много. Мы привыкли жить скромно. Но я больше и не хочу, ведь большие деньги требуют всего человека, всех его душевных и физических сил. А мне бы хотелось, чтоб у него оставалось время и для меня, и для наших детей.

Это было и вовсе совершенно непонятно.

Да они и никогда не понимали её!

И почему Бог дал счастье ей, а им нет? Чем она его заслужила? Разве она чем-то лучше? Она всегда казалась им странной и не современной, никогда не вписывалась в массу «нормальных людей», а её представления о жизни всегда были слишком наивны.

Но что ей было до этого? Ведь она, несмотря ни на что, встретила свою настоящую любовь, ту, в которую всегда верила.

[10-04-2011] Всё ближе и ближе к нам Святая Пасха – и вот осталось ровно две недели. В преддверие Великого дня «Доброслов» начинает всё чаще публиковать материалы, посвящённые празднику светлого Христова воскресения.

– Эта история случилась в двадцатые годы двадцатого века. Рассказывают, что в один из уральских городов приехал с антирелигиозными лекциями сам Емельян Ярославский (Миней Израилевич Губельман). Он считался главой советских безбожников и вёл активную борьбу с Православием.

В рабочем клубе завода он, совместно с местными безбожниками, организовал антирелигиозный диспут. В качестве оппонентов пригласили и «служителей культа». Пусть, мол, если желают, защищают Бога. Расчёт был простой: во-первых, священнослужители побоятся открыто выступить против Ярославского, представляющего государственную «религию безбожия»; во-вторых, учёные лекторы рассчитывали и на то, что они, вооружённые «данными современной науки», легко разобьют все доводы, утверждающие бытие Божие. Словом, считали, что победа им обеспечена.

Собрался полный зал. Пришли те, кто уже был разложен антирелигиозной пропагандой, они желали посмотреть, как будут издеваться над «попами», пришли и те, кто глубоко верил, что священнослужители сумеют защитить Божие дело, веру от антихристовых посягательств.

Начался диспут с выступления безбожников. Выступил один лектор, второй, третий. Настала очередь Ярославского. Он сначала ловко и остроумно, а потом с ёрничеством и скабрёзностями рассказывал, что религия — это выдумка жрецов, чтобы властвовать над суеверной толпой и порабощать простых людей, что Бога нет, а есть материя, и человек произошёл от обезьяны. Приводил научные данные, результаты исследований и наблюдений учёных.

Два или три священника, не выдержавшие издевательства над верой в Бога, поднялись со своих мест и под гогот разнузданной толпы покинули зал. И, торжествуя победу, Ярославский закончил свою речь словами: «Товарищи, вы видели, что служители культа покинули аудиторию. Почему они это сделали? Только потому, что им нечего возразить ни мне, ни моим содокладчикам. Нет никакого Бога!»

Толпа загоготала: «Правильно, товарищ Ярославский, — сбежали долгогривые!»

И вдруг из задних рядов аудитории к сцене протискался седой священник. Он взошёл на трибуну, перекрестился, спокойно оглянул зал и вдруг громко и радостно сказал: «Братья, Христос Воскресе!»

И произошло чудо: голосом своих матерей, голосом тысячелетней Руси Православной, неистребимо гудящим в крови, — аудитория ответила, как один человек: «Воистину Воскресе!»

А священник повернулся вправо, опять глянул в лица своим ясным взглядом и опять провозгласил: «Христос Воскресе!»

И опять как гул всеобщий, как взлёт пламени и взрыв: «Воистину Воскресе!» Тут растерявшийся было Ярославский закричал: «Гражданин служитель культа, я лишаю Вас слова!»

«А я уже всё сказал, благодарю Вас!» — ответил священник и сошёл в толпу. Толпа встала и расступилась, пропуская его к выходу. Пока он шёл, ни один человек не произнёс ни слова. А за ним выходили и многие рабочие, красные от стыда, сокрушаясь, что участвовали в хулении веры своих отцов.

Как бы богоборцы не коверкали душу русского человека, тысячелетнее воспитание Православной верой сделало её христианкой.

А вот другая история. Один священник находился в заключении в лагере. Наступила Пасха. И лагерное начальство решило по-своему справить праздник — собрать всех заключённых, и чтобы перед ними священник отрёкся от Бога. «Выйдешь и скажешь, что Бога нет. А не то…» — инструктировали батюшку мучители. Деваться некуда. Выходит священник перед своими собратьями-заключёнными и первым делом, поскольку была Пасха, здоровается: «Христос Воскресе!» «Воистину Воскресе!» — хором отвечают ему.

«Христос Воскресе!» — повторяет батюшка на все четыре стороны и сходит с трибуны. «Ты что?!» — подступает к нему лагерное начальство. А тот в ответ: «Да как же я буду говорить, что Христа нет, когда весь народ утверждает, что Он Воскрес?!»

Искренно верующий человек не пожалеет жизни ради верности Христу, который ценой своей жизни искупил наши грехи и даровал вечную жизнь. Велика радость Воскресения. Но достигается она путём крестным: «се бо прииде крестом радость всему миру». И через Крестную Свою Жертву Христос примирил Бога с человечеством, вернул человеку радостную возможность победы над грехом и смертью.

Великое Воскресение, Праздников Праздник, Торжество Торжеств — так называют праздник светлого Христова воскресения, или Пасху. Это самый большой праздник православных христиан, которые в этот день торжествуют избавление (слово «пасха» в переводе так и означает прехождение, избавление) через Христа всего человечества от рабства дьяволу.

Приходится Пасха на первое воскресенье после первого весеннего полнолуния и иудейской пасхи. В этом году эта дата выпадает на 24 апреля. Пасха — это не воспоминание однажды произошедшего события. Это настоящая встреча в счастье и радости с Тем, Кого мы давно знали и встретили в наших сердцах, это жизнь и свет, который освещает всё. Пасхальная ночь подтверждает, что Христос жив и Он с нами, и мы живы и мы с Ним. Всё богослужение — это приглашение посмотреть на мир и жизнь, увидеть рассвет таинственного дня в Царстве света.

То, что совершилось и совершается до сих пор, есть свидетельство тому, что Господь Иисус Христос есть истина, и путь, и жизнь. Ломали, взрывали, закрывали храмы и монастыри, убивали священников, сажали в тюрьмы и лагеря. Теперь всё заново восстанавливается. Сложнее восстановить души человеческие. Но и они, разрушенные, отравленные опиумом безбожия, озаряются пасхальным светом и силою Божией возвращаются к Истине. Господь всех зовёт на Свой праздник: и тех, кто с первого часа трудился, и тех, кто с шестого, и в «единонадесятый час пришедших». Воздержанных и ленивых, постившихся и непостившихся, чтобы никто не мог отговориться. Потому то и готовит нас Церковь ко дню Воскресения Христова молитвой, постом, чтением Слова Божия.

Истина Воскресения Христова засвидетельствована двумя тысячелетиями и будет свидетельствоваться до скончания века, во веки веков. Каждый год благодать Божия, пасхальный Благодатный огонь, во уверение истины Воскресения и веры православной сходит на Гроб Господень.

Тем и радостнее ликование о сошедшей через Благодатный огонь на нас милости Божией! Слава Богу, что мы православные. И веры своей стыдиться не будем.

«Христос Воскресе!» — мы готовы произносить эти слова без конца, слушая в ответ другие два святых слова: «Воистину Воскресе!

[04-04-2011] Православная проза бывает разной. Светлой, мудрой, поучительной.

А иногда ещё и очень грустной – как этот рассказ, который, вы сейчас, возможно, прочтёте.

В любом случае, автор воцерковлённый неизбежно говорит об одном – о пути к Богу, о неизбежности этого пути.

Наш сегодняшний рассказ написала Мария Сеньчукова – кандидат философских наук, поэтесса, прозаик, журналист. Ниже – её фото и ссылка на страничку в Facebook.

«Встретила я соседа, почерневшего от недельного запоя и бессонницы, с глазами опухшими и покрасневшими, в лифте. У ног тоскливо поскуливала собака – красавчик сеттер, похудевший, притихший.

– Нету больше моей Катеньки, – заплакал он горько и стал совсем не похожим на себя.

Ещё месяц назад мы с ним вместе шли от метро и разговаривали о философии и религии, о смысле человеческой жизни и прочих приятных и необременительных вещах, о которых беседа ведётся на кухне под рюмочку коньяку или во время неспешной прогулки по лесу. А недели через три случилась беда – умерла его жена, тихая и кроткая. Была она врачом в поликлинике, да вот только помочь бы ей ни один врач не смог. Умерла она внезапно, совсем ещё молодая, сорока пяти не было – тромбоэмболия, мгновенная смерть.

– Захожу, – глотая слёзы, рассказывает вдовец, – а она за своим столом вроде как заснула. Я её тронул за руку – а она уж остывает.

Уже и лифт двери раскрыл, а он всё говорит и говорит – видимо, после похорон как закрылся в квартире, так и не выходил, только пил по-черному.

– Как я её берег! Она же младше меня почти на десять лет, все девочкой своей ее считал... Как мне без неё?

Плакать хотелось вместе с ним.

– Вы держитесь... Может, Вам помощь какая нужна?

– Чем мне теперь помочь... Вот у тебя семья верующая, вы хоть помолиться могли, когда мамы не стало, а мне что? Мы же даже с ней некрещёные, и не думали об этом.

Слова утешения застревают в горле. Действительно, чем тут помочь... Б́уди, Господи, Судией милосердным!

Сосед стареет на глазах и тихо продолжает:

– А Бог-то, видать, есть, молитву её услышал, хотя она даже имени Его не назвала... Лет десять назад поехали на дачу – я на рыбалку с другом отправился, да лодка и перевернулась посреди озера. Друг мой минут десять побарахтался и потонул. Я тоже к смерти приготовился, да тут вспомнил её глаза и решил: надо выжить. Кое-как поплыл – туман, берега не видно, а я только плыву и глаза её вспоминаю. Проплыву немного – останавливаюсь, на воде лежу. Так до берега за несколько часов и добрался. Потом пришел домой, ей рассказал, а она обнимает меня и шепчет: «Родной мой, ты только раньше меня не умирай! Я же без тебя с ума сойду». Выходит, она в Бога не верила, я не верю, а Он её услышал.

И уже выходя из подъезда, срывающимся голосом:

– Украли у народа веру, и надежды у меня больше нет. Одна любовь и осталась.»

«Летал орёл в высоте, наслаждался красотою мира и думал: «Я пролетаю большие пространства и вижу долины и горы, моря и реки, луга и леса; вижу множество зверей и птиц; вижу города и селения, и как живут люди; а вот деревенский петух ничего не знает, кроме своего двора, где видит всего лишь немного людей и скота; полечу к нему и расскажу о жизни мира».

Прилетел орёл на крышу сельского дома и видит, как храбро и весело гуляет петух среди своих кур, и подумал: «значит, он доволен своею судьбою; но всё-таки расскажу ему о том, что знаю я».

И стал орёл говорить петуху о красоте и богатстве мира. Петух сначала слушал со вниманием, но ничего не понимал. Орёл, видя, что петух ничего не понимает, опечалился, и стало ему тяжело говорить с петухом; а петух, не понимая, что говорит орёл, заскучал, и стало ему тяжело слушать орла. Но каждый из них оставался доволен своею судьбою.

Так бывает, когда учёный человек говорит с неучёным, но ещё более, когда духовный говорит с недуховным. Духовный подобен орлу, а недуховный петуху; ум духовного день и ночь поучается в законе Господнем и молитвою восходит к Богу, а ум недуховного привязан к земле или занят помыслами. Душа духовного услаждается миром, а душа недуховного остается пустою и рассеянною. Духовный, как орёл летает в высоте, и душою чувствует Бога, и видит весь мир, хотя и молится в темноте ночи, а недуховный услаждается или тщеславием, или богатством, или ищет плотских наслаждений. И когда духовный встречается с недуховным, то обоим им скучно и тяжело общение.»

[07-01-2011] Сегодня, в светлый праздник Рождества Христова, как хорошо на душе!

Давайте же сообща разделим эту радость! — Вместе почитаем стихи и маленький рассказик, написанные специально к Рождеству.

«Доброслов» искренне благодарит авторов!

А вы, наши читатели, обратите внимание на ссылки, ведущие на их авторские странички.

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

В эту ночь небо стало чуть ближе,
Звёзды — ярче, а души — добрей.
В светлый праздник я чувствую, вижу
Неподдельную радость людей.

Мир ждал чуда…И чудо случилось!
Славь Творца, человеческий род!
И великая тайна открылась,
Что веками хранил старый грот.

Мать Мария, склонившись над Сыном,
Обещала душою, без слов,
Жить с Младенцем судьбою единой
И нести в мир тепло и любовь.

Белый Ангел застыл в восхищенье,
Послан свыше сюда неспроста –
Он свидетель земного рожденья
Богородицы Сына — Христа.

Рождество славьте, сестры и братья!
Снизошла и на нас благодать,
Мы у Бога в надёжных объятьях
И до неба — рукою подать.

Над Вселенной несётся: «Встречайте!».
Свет исходит от радостных лиц...
Прославляйте Христа, прославляйте,
Чья любовь не имеет границ!

РОЖДЕСТВО

Сегодня выпал снег.
Седьмое января.
Вновь начинают бег
Листки календаря.

Ещё, ещё шажок
От Рождества Христа.
Ещё один стежок
По белизне холста.

Сегодня всё бело,
И воздух — чист и свеж,
И на душе — светло,
И даже там — где плешь.

Иду, несу добро,
Что подарил мне Бог.
Пусть будет всем тепло
На крутизне дорог!!!

К РОЖДЕСТВУ

Разбросалась красной ягодой
По крахмальному снежку
Кисть рябины сладкой бархатной
В ночь к Святому Рождеству.

Вновь наполнен город радостным,
Чудотворным и простым
Колокольным звоном благостным,
Возвестившим всем живым

О рождении Божественном
В миг блаженной тишины.
Матерь Божия торжественна,
Слёзы радости видны.

И под этот звон рождественский,
Звон призывный, чистый звон
Прихожане в церкви крестятся,
У Святых стоят икон.

В миг возвышенный, молитвенный,
Покаянный светлый миг
В сердце движется спасительный
Лик Христовый, Светлый Лик.

РОЖДЕСТВО

Вечером зашла в собор Рождества Христова.

Вертеп стоит на подставке, вокруг на полу огородили частоколом дворик, постелили подстилку и положили двух больших овечек, прямо в натуральную величину. Вертеп полон монеток, а на подстилке гора конфет, даже на овечьих спинках несколько конфеток. Не удержалась и тоже положила конфеты на овечек.

В парке большая горка для катания на кругах. На деревьях праздничные лампочки в виде голубых падающих звёзд.

Тепло, бело, тихо и радостно...